Личности 47/2012

Владимир Пузий

ДАВИД ЛИВИНГСТОН: МИССИЯ ДЛИНОЮ В ЖИЗНЬ

Для большинства современных людей Ливингстон – лишь один из многих европейцев, отправившихся в XIX веке в Африку. Да и сам он, в то время молодой шотландский миссионер, вовсе не думал, что станет известным первооткрывателем земель, которые долгое время были лишь белыми пятнами на карте Черного континента

Давид Ливингстон родился 19 марта 1813 года – и год этот был переломным для Великой Британии. Войска Наполеона были разгромлены, Британская империя упрочила свое владычество на морях и на суше. Но жизнь семьи Ливингстонов из Блантайра, что в Шотландии, отнюдь не улучшилась. Один из дядьев Давида погиб в сражении на Средиземном море, да и другие с лихвой хлебнули горестей солдатской службы. В Блантайре остался лишь Нейл Ливингстон. Это был набожный и мирный человек, торговавший чаем и заботившийся о своей супруге и детях. Его сыновья работали с ранних лет. Очень недолго младший, Давид, посещал местную школу, но едва ему исполнилось десять лет, мальчика пристроили на ткацкую фабрику – связывать обрывки нитей и сматывать пряжу. Распорядок дня был прост и четок: с шести утра до восьми вечера на фабрике, с восьми до десяти вечера – в вечерней школе при фабрике, благо платить там было не надо. Давид трудился безропотно, учился с невероятным рвением. Видимо, очень скоро он понял, что это единственный способ вырваться из колеи, где вся жизнь предрешена заранее, от колыбели до могилы. Подросток-Ливингстон сам купил учебник по латинскому языку и сам освоил его. «Так, – писал он позже, – мне удалось прочитать труды многих представителей классической древности, в шестнадцать я знал Вергилия и Горация лучше, чем ныне. Придя домой, я долго еще продолжал рыться в словаре и других учебных пособиях вечерней школы и так занимался до полуночи, и тогда мать вскакивала с постели и вырывала у меня книгу». Отец, помимо торговли чаем (и, в общем-то, во вред ей) также занимался проповеднической деятельностью: преподавал в воскресной школе, распространял разного рода брошюрки... Одно из таких сочинений перевернуло всю жизнь Давида. Это было воззвание китайского миссионера Гютцлава, который призывал нести слово Божие в другие страны. С тех пор Китай манил Ливингстона, и он твердо решил отправиться туда миссионером. Но юноша понимал, что одного желания мало. Жизнь миссионера в подобных странах отнюдь не сводилась к чтению проповедей, следовало завоевать расположение людей, которые априори относились к чужаку с недоверием, убедить их в своих добрых намерениях. Тот же Гютцлав часто оказывал местному населению медицинскую помощь, и это в немалой степени способствовало его миссионерским успехам. Зимой 1836 года Давид Ливингстон, следуя примеру своего кумира, выбрал медицинскую стезю и поступил в Андерсонов колледж в Глазго.

Помимо занятий по греческому и теологии, Давид посещал также вдохновенные лекции Ральфа Уардлоу, горячего сторонника антирабовладельческого движения. Был, однако, и третий человек, сыгравший в судьбе Ливингстона решающую роль, – Роберт Моффат, член Лондонского миссионерского общества (ЛМО), в котором с 1836 года состоял и Ливингстон. В 1839 году Первая опиумная война перечеркнула надежды Давида отправиться в Китай. ЛМО предполагало направить Ливингстона в Вест-Индию, но тот понимал, что там хватает врачей и без него. Вот тогда-то он и повстречался с Моффатом, ненадолго приехавшим в Англию из южно-африканской миссии в Курумане. Рассказы миссионера убедили Ливингстона, что именно в Африке молодой и решительный человек сможет принести наибольшую пользу. В ту пору противники рабства полагали, что лишь законная, цивилизованная торговля с африканцами, а также решительное проникновение христианства в «дикие» области способны разрушить веками складывавшийся рынок рабов. В Африке охотились на людей, их продавали белым собственные родственники, с ними обращались хуже, чем с животными. Теперь Ливингстон и думать забыл о Китае. Его целью была Африка, задачами – борьба с рабством и проповедование христианских ценностей. К счастью, уроки тяжелого детства и беседы с Моффатом принесли Давиду пользы больше, чем любые лекционные курсы. Он хорошо понимал, с чем ему предстоит столкнуться, и, в отличие от многих своих коллег – врачей и миссионеров, не только обучался врачеванию и вникал в теологические премудрости, но и освоил необходимые хозяйственные навыки и научился владеть оружием. В 1840 году молодой человек получил свидетельство об окончании медико-хирургического факультета, 20 ноября – официальное звание миссионера, а уже в начале декабря отплыл из Ливерпуля, направляясь в Капскую колонию. И снова Ливингстон не последовал примеру большинства своих коллег: вместо праздной болтовни с другими пассажирами он упорно постигал азы навигации и учился ориентироваться по звездам. Путешествия в те годы требовали огромного терпения и недюжинной выдержки. Корабль, на котором плыл Ливингстон, на месяц задержался в Кейптауне, и лишь затем отправился на юго-восток, в Порт-Элизабет. Оттуда новоиспеченный миссионер продолжил свой путь уже на фургоне, запряженном волами. Он двигался по землям, некогда принадлежавшим голландским поселенцам, бурам. Именно буры основали Кейптаун, они же постепенно осваивали юг Африки, вытесняя и обращая в рабство коренных жителей. Но во время наполеоновских войн Англия воспользовалась удобным случаем и захватила земли Капской колонии...

Другие номера издания «Личности»

№ 45/2012
№ 52/2012
№ 51/2012
№ 50/2012
№ 49/2012
№ 48/2012