Личности 88/2015

Татьяна Винниченко

АЛИЕНОРА АКВИТАНСКАЯ: ДРУГАЯ КОРОЛЕВА

Она была королевой Франции и королевой Англии. Но в историю все равно вошла под своим «девичьим титулом» – Аквитанская.

Ее имя часто пишут как «Элеонора» или «Элинор», но правильно все-таки «Алиенора» – от латинского alia – другая.

Она была другой и в Париже, и в Лондоне. И всюду привозила с собой свою Аквитанию, страну оливковых рощ, виноградников и трубадуров – солнечную, плодородную, знающую толк в любви, красоте, творчестве и свободе

«Цветущая Аквитания, (…) сладкая, словно нектар, благодаря своим виноградникам, покрытая лесами, богатая плодами, изобилующая пастбищами», – писал монах Эриже Лоббский, современник нашей героини. Герцогство Аквитания занимало территорию девятнадцати современных французских департаментов, бурно развивалось в русле средиземноморской культуры, и в цивилизационном отношении было в XII веке куда более прогрессивным, чем север страны, в частности, скромные владения французских королей из династии Капетингов.

Алиенора Аквитанская появляется на исторической сцене 25 июля 1137 года – в день своего бракосочетания с принцем Людовиком, наследником французского престола. Точно неизвестно, сколько ей тогда было лет: историки предполагают, что не более пятнадцати, то есть родилась она в 1122 году, а по другой версии – в 1124-м. За право считаться местом рождения прекрасной Алиеноры спорят три замка: Ньель-сюр-Отиз (Вандея), Белин (Жиронда) или Омбриер (Бордо).

Ее дедом был герцог Гильом ІХ Аквитанский по прозвищу Трубадур: о его подвигах и любовных безумствах, за которые он был отлучен от церкви, слагали легенды, а сам он сочинял стихи. Сына, Гильома Х, он женил на Аэноре, дочери своей любовницы виконтессы де Шательро по прозвищу Данжероза (Опасная).

«Герцог Гильом Аквитанский, сын Гильома и дочери графа Тулузского, – писал хронист Жоффруа де Вижуа, – породил на свет от супруги своей Аэноры дочь, кою нарекли Алиенорой, иначе говоря, другой Аэнорой (лат. alia Aenor)». Позже родились ее младший брат Гильом и сестра Петронилла. Но единственный сын герцога умер в детстве во время эпидемии, и наследницей Аквитании стала старшая дочь.

В 1137 году Гильом Х, силач и гедонист, пребывавший, как и его отец, в сложных отношениях с официальной церковью, отправился в паломничество, где внезапно заболел и скончался в возрасте тридцати восьми лет. Он оставил завещание, в котором поручал опеку над дочерью французскому королю, – с пожеланием, чтобы ее выдали замуж за наследника престола. Таким образом отец обезопасил Алиенору от возможных охотников за роскошнейшим приданым, а также от внутренних мятежей в Аквитании – во избежание их факт смерти правителя некоторое время держали в секрете. Отказаться от такого выгодного предложения французский король Людовик VI, конечно, не мог.

За несколько лет до этого погиб, упав с лошади, старший сын короля Филипп, и наследником стал принц Людовик, который воспитывался в аббатстве Сен-Дени совсем для другой жизни, – скромный, набожный и прилежный в учебе. Людовику Младшему было шестнадцать, когда его поставили перед фактом необходимости «союза лилии и оливы», то есть женитьбы на аквитанской красавице.

После пышных свадебных торжеств в Бордо молодые отправились в Париж. Свадебный кортеж остановился в Пуатье, где молодых супругов провозгласили герцогом и герцогиней Аквитанскими, когда гонец принес известие о смерти Людовика VI.

Алиенора Аквитанская въехала в столицу французской королевой.

Париж в XII веке вовсе не был блестящей европейской столицей. Сама Алиенора и ее аквитанская свита выглядели в этом суровом городе другими, чужими, вызывающе одетыми, у них был другой язык и гораздо более свободная манера поведения: возможно, именно из-за этого контраста молодая королева почти сразу приобрела репутацию порочной женщины, сопровождавшую ее всю жизнь. Ее безграничное влияние на влюбленного короля не подвергалось сомнению. Дворец Сите в Париже постепенно преобразился: Алиенора ввела при дворе аквитанские моды и блюда с южными пряностями, а главное, привезла с собой трубадуров. Разумеется, на этих молодых мужчин без определенных занятий в свите королевы парижане тоже смотрели косо.

В первые годы правления Алиенора Аквитанская с супругом жестко подавили мятеж в Пуату, попытались (неудачно) отвоевать графство Тулузское, на которое королева заявила наследственные права через свою бабку Филиппу. А затем Алиенора привезла в Париж младшую сестру Петрониллу, и роман этой юной девушки с королевским сенешалем Раулем де Вермандуа, годившимся ей в отцы, стал причиной масштабной трагедии.

Ради женитьбы на Петронилле сенешаль развелся с женой, племянницей Тибо де Блуа, графа Шампанского. Это было страшное оскорбление, граф Тибо не только пожаловался папе римскому (который отлучил молодых супругов от церкви), но и начал войну против короля. Войска Людовика VII вторглись в Шампань и в городке Витри подожгли церковь, где по обычаю нашли убежище тысяча триста местных жителей – все они погибли. Пожар произошел на глазах у Людовика, и потрясенный набожный король впал в глубокую депрессию.

Роль Алиеноры в этой истории неясна – историки предполагают, что она во всем поддерживала сестру. Однако последствия, несомненно, отразились на ней: Людовик кардинально изменил образ жизни на практически монашеский, изгнал из дворца трубадуров, а неограниченное влияние на него приобрел священник, будущий святой Бернард Клервоский. «Вы множите убийства, разжигаете пожары, разрушаете церкви, изгоняете бедняков из их жилищ, уподобляетесь грабителю и разбойнику (…) – без обиняков писал аббат Клервоский королю. – Знайте же, что вам недолго оставаться безнаказанным». Король не спорил, стремясь в политике к примирению, а в быту – к воздержанию…

Полную версию материала читайте в журнале Личности №88/2015

Другие номера издания «Личности»

№ 45/2012
№ 87/2015
№ 86/2015
№ 85/2015
№ 84/2015
№ 83/2015