Личности 109/2017

Марина Ливанова

АНДРЕ МОРУА: ВО ЧТО ОН ВЕРИЛ

«Я верю в то, что независимо от меня существует внешний мир, который я, однако, могу воспринять, только пропустив его через свое сознание. Я вижу за окном облака, холмы, качающиеся под ветром деревья, коров на лугу; ближе я вижу часть меня, которую я называю ‟моя рука” и которая пишет эти строки. Я верю в то, что рука эта по природе своей глубоко отлична от всего остального мира. Когда птица садится на ветку липы или кедра, я не ощущаю ничего; когда муха садится на мою руку, мне щекотно.

Стоит мне захотеть – и я пошевельну рукой; но я не в силах сдвинуть с места облака и холмы. Да и рука в состоянии исполнить далеко не всякое мое желание. Не надо требовать от нее невозможного».

Андре Моруа. «Во что я верю»

Мальчика назвали Эмилем. Полностью – Эмиль Соломон Вильгельм Эрцог. Он родился 26 июля 1885 года в городке Эльбеф под Руаном, в Нормандии, куда за четырнадцать лет до его рождения вынужденно переехал его отец. Эрнест Эрцог, текстильный фабрикант, был, как и его жена Алиса Леви-Руфф, из эльзасских евреев. После франко-прусской войны Эльзас отошел к Германии, и Эрнест тосковал по малой родине всю жизнь.

«Мой отец… человек бескорыстный, смелый и трогательно скромный, знавал лишь четыре предмета страсти: Франция, Эльзас, фабрика и семья. Остальной мир для него просто не существовал», – много лет спустя напишет его сын. На семью, впрочем, времени оставалось немного; Эмиля в основном воспитывала мать. В четыре года она научила его грамоте, сама часто читала ему вслух и декламировала грустные стихи на чистейшем французском.

Эмиль ходил в начальную школу в Эльбефе, затем в Руане и рос ребенком творческим. В одиннадцать лет он написал в стихах и в пяти актах классическую трагедию «Одетт де Шамдивер» – о возлюбленной французского безумного короля Карла VI. Через много лет, работая над биографией Бальзака, Моруа не без удовольствия узнал, что и его герой в нежном возрасте был вдохновлен той же исторической фигурой. Рукопись Эмиля его мать хранила всю жизнь; пропала тетрадка только в 1940-м. «Рукопись была украдена оккупантами, это не самое страшное из их злодеяний», – снисходительно заметил Моруа.

В двенадцать лет Эмиль Эрцог поступил в Руанский лицей имени Корнеля. Здесь его учителем стал Эмиль Шартье, писатель и философ, известный во Франции под псевдонимом Ален (у него училась также французская писательница и философ Симона Вейль). Ален отстаивал демократические убеждения, был антиклерикалом, печатался в радикальных газетах и активно выступал в защиту Дрейфуса – этот человек остался авторитетом для Моруа на всю жизнь. Именно Шартье отговорил шестнадцатилетнего лиценциата поступать в парижскую Эколь Нормаль – и Эмиль остановил выбор на местном университете Кан-Нормандия. Еще студентом он начал работать администратором на текстильной фабрике своего отца, занимался семейным делом почти десяток лет, а фабрику продал в 1925-м, после смерти отца.

Эти годы, посвященные работе с людьми и решению их проблем, Моруа не считал потерянными для литературы. «Во мне навсегда остался моралист, причем моралист не абстрактный, не пропитанный старыми предрассудками, но познавший современное общество, с ним тесно сотрудничавший, опирающийся и на литературную традицию, и на достижения культуры, и на деловую практику. Именно таким писателем меня сделала помимо моей воли активная и суровая фабричная жизнь».

Разумеется, в свободное время, которого у работающего студента, а затем у делового человека, постоянно пребывающего в разъездах, было не так уж много, он писал. К 1910 году Эмиль Эрцог был автором нескольких рассказов, один из них даже принял в печать журнал «Эффор», который издавал писатель и драматург Жан-Ришар Блок. А сам автор собрал свои пробы пера в самиздатовский сборник, напечатанный уникальным тиражом – двенадцать экземпляров.

«Я не мог оторвать глаз от нежданного видения, которое оказалось воплощением моих заветных желаний», – так описывал Андре Моруа свою первую встречу с юной девушкой по имени Жанин Мария Ванда Шимкевич.

Они встретились в Женеве, где Эмиль был по делам отцовской фирмы. Вспыхнула любовь, драматические перипетии которой отразились позже в таких произведениях Моруа, как «Превратности любви», «Ариэль», «Взвешивая души». Жанин была студенткой Оксфорда, полькой (поскольку Польша входила в состав Российской империи, многие источники называют ее русской) и ревностной католичкой. Вопрос смены вероисповедания  перед Эмилем встал ребром: сам он, будучи агностиком, относился к этому легко, но боялся причинить боль родителям. Эрцог-старший, тоже не слишком религиозный, после дела Дрейфуса считал, что раз иудейское вероисповедание несет опасность, отказываться от него – трусость, и Эмиль, несмотря на давление окружающих, предпочитал воздерживаться от решительного шага.

Эмиль и Жанин смогли пожениться только через три года после первой встречи, в 1912-м. 27 мая 1914 года у них родилась дочь Мишель, будущая писательница Мишель Моруа. А через два месяца началась Первая мировая война.

Эмиль Эрцог был призван в армию в первый же день мобилизации. Поскольку он блестяще владел английским языком, служить его отправили переводчиком и офицером связи в Британский экспедиционный корпус, расквартированный во Франции.

К концу войны у тридцатитрехлетнего лейтенанта Эмиля Эрцога была готова книга, почти документальный роман о войне под названием «Молчание полковника Брамбла». Но издавать ее под своим именем кадровый военный не имел права, нужен был псевдоним.

Моруа – так называлась деревня, где стояла тогда часть Эмиля. Андре – так звали его двоюродного брата, погибшего на войне.

В 1918 году появился новый писатель – Андре Моруа...

Полную версию материала читайте в журнале Личности №109/2017

Другие номера издания «Личности»

№ 108/2017
№ 107/2017
№ 106/2017
№ 105/2017
№ 104/2017
№ 103/2017